В том же году вы снялись в «Загадочном убийстве в Манхэт – тене», вашем втором фильме у Вуди Аллена после «Преступлений и проступков» [1989]. Совсем другой стиль режиссуры, надо полагать.
Работать с Вуди очень весело, но в то же время страшновато. Вуди – большая шишка, и перед знакомством с ним сердце у меня бешено колотилось. У него репутация режиссера в высшей степени взыскательного и необычайно придирчивого к диалогам. А тут еще перед съемками «Преступлений и проступков» мне рассказали, как он уволил актрису, которая пожаловалась на свой гардероб. Я тут же решила, что мой гардероб меня вполне устраивает, хотя он и был на редкость непрезентабельным.

Реклама:
мультфильмы смотреть онлайн на сайте multikzona.ru

Вам удалось установить с ним близкие отношения?
Сложно сказать. Мы хорошо ладили, но Вуди человек немногословный. Заходишь на съемочную площадку, он кивает, дает указания – но никаких любезностей, никаких репетиций, так что особого единения душ не было. Однако он забавный и энергичный, и мозги у него работают без перерыва на обед. Во второй раз мне было уже не так страшно, и сам он тоже показался мне более расслабленным. Правда, у меня была очень трудная сцена с массой диалогов, в которые постоянно кто-то вклинивается. Вуди и Дайан Китон любят делать интересные паузы, которые порой довольно непросто измерить, и я ужасно боялась влезть в их реплики.

И отсюда мы плавно переходим к Мортиции Аддамс – еще одной роли, которая словно была написана специально для вас.
Да, так и было! И, заметьте, прекрасно написана! Я с детства обожала комиксы Чарльза Аддамса, так что у меня была масса времени для размышлений над тем, какой должна быть Мортиция и почему мы любим «Семейку Аддамсов». Конечно, в их мире все наоборот; что плохо – то хорошо. Но для них это в порядке вещей, и они очень крепкая и любящая семья.

Реклама:
Смотрите Фильм Гарри Поттер и Дары Смерти на сайте harry-potter-7.com

Каково было сниматься в этих фильмах? Ведь они так отличаются от всего, что вы делали раньше.
Труднее всего было то, что продюсер Скотт Рудин и режиссер Барри Зонненфельд работали в таком тесном сотрудничестве, что им приходилось достигать согласия буквально по каждому вопросу. Это был режиссерский дебют Барри, и Скотт следил за каждым его шагом, из-за чего часто возникали сложности. Скотт – перфекционист. Например, каждый раз, когда я поворачивала голову, раздавался вопль «Стоп!». Я никак не могла сообразить, что я делаю не так, пока наконец не спросила их напрямую, а они говорят: «Когда ты поворачиваешь голову, у тебя волосы разлетаются». Единственный способ избежать этого – поворачиваться всем телом, и это стало характерной особенностью моего персонажа. А еще мне очень понравилось работать с Раулем Хулиа – он великолепный актер и отважный человек, и партнером он был фантастическим.

Жители неизвестного города в неизвестной стране внезапно начинают терять зрение. Поскольку врачи не могут ни разобраться в причинах болезни, ни остановить ее, эпидемия стремительно распространяется и общество быстро деградирует. Только одна женщина в мире оказывается неподвержена заболеванию, но она может лишь сделать чуть более комфортной жизнь своего мужа и нескольких новых друзей.

Я понимаю, почему Мейреллиш заинтересовался романом Жозе Сарамаго «Слепота» – у книги много общих тем с прославившей бразильца картиной «Город Бога». Но я не понимаю, почему Мейреллиш долго добивался права экранизировать роман. Ведь в сравнении с «Городом» «Слепота» – шаг назад.

Плоская аллегория вместо выпуклого реализма, необъяснимые происшествия вместо правдоподобного повествования, тягомотное действие вместо ритма самбы… Правда, сюжетные различия позволили создать несколько впечатляющих сцен, до жути которых «Город» не мог подняться, и как экранизация «Слепота» довольно удачна. Однако Сарамаго все равно лучше на бумаге, чем на пленке. А если вам нужна лента о крахе цивилизации, то в мировом кино полно куда более логичных и пугающих «апокалипсисов».

Редкие пленочные дефекты, «жучки» на белых поверхностях и периодические, но незначительные сбои компрессии – вот и все, в чем можно упрекнуть трансфер «Слепоты». Саундтрек активнее, чем у многих «разговорных» лент, но в фильме, где режиссер иногда пытается передать зрителям ощущения слепых персонажей, звук должен быть куда более изобретательным. Меню озвучено и анимировано, единственный объемный бонус освещает все аспекты создания картины. Дополнения снабжены закадровым переводом.

Путешествия во времени, утрата личности и ее чудесное обретение, проклятие черного дыма и блуждание по тоннелям параллельной реальности составляют основу сценария предпоследнего сезона. Почившие восстают из небытия, а живые бросаются в пучину вечности, увлекая за собой тех, кто уже никогда не сможет помешать им с честью пройти жизненный путь – на этой земле или в мире ином. В общем, все как всегда.

К тому моменту когда этот номер выйдет из печати, все тайны одной из популярнейших телепостановок в истории будут раскрыты – подойдет к концу финальная, шестая часть сериала. Чего греха таить, и зритель, и сами авторы порядком подустали от проекта, рейтинги которого медленно, но неуклонно снижались. И однажды стало очевидно, что пришла пора закругляться. На данном же этапе продюсеры лишь подводят публику к осознанию того, что вскоре им придется коротать досуг за другими развлечениями, и напоследок особенно щедро набивают и без того перенасыщенное действие совсем уж заоблачными интригами, проникнуться которыми под силу ну разве что стойким фанатам. Мистический сюжет приобретает черты, свойственные жанру научной фантастики, число персонажей не поддается счету, а смысл существования многих из них окончательно перестает заключаться в стремлении остаться в живых. Теперь герои преимущественно действуют по принципу «спасти ближнего», тем самым искупая грехи прошлого. Нет никаких гарантий того, что в конечном итоге они раскроют абсолютно все карты, стянут с себя маски да личины и выдадут себя с потрохами, обнажив истинную сущность и горько покаявшись. Но длительный курс глубокого и эффективного очищения кармы они завершат более чем успешно.

Чистая и предельно четкая в большинстве случаев картинка сдает лишь в условиях скупого освещения, когда она размягчается и покрывается «ворсом» мельчайших артефактов. Русские субтитры выручают при нежелании идти на компромисс со звуком – все-таки шестиканальный оригинал превосходит дубляж, записанный в стерео. Меню дисков анимации не удостоилось, но музыка наложена. На количество и содержание бонусов жаловаться не приходится – интервью, закулисные репортажи, удаленные сцены, разные другие приятные мелочи и даже скрытый сюрприз дают исчерпывающее представление о вложенном труде и фантазии. Жаль только, что заявленные на упаковке аудиокомментарии к ряду эпизодов обнаружить так и не удалось. Зато все имеющиеся дополнения переведены подстрочником.

В Америке пятый сезон вышел на DVD на полгада раньше, чем у нас, но прочих преимуществ у первозонного издания немного. Разве что только аудиокомментарии, которые до наших дисков почему-то не добрались. Зато в остальном набор дополнительных материалов в боксах идентичный.

Если разобраться, «Викинги»практически идеальный олдскульный экшен, в котором есть все, что требуется хорошему боевику. Здесь толково скомбинированы исторические и фантастические мотивы, картина со вкусом снята, не чурается жестокости и по-хорошему дуболомна. Однако «Викингов» все время преследовали неудачи – изначально бюджет был значительно выше, снимать его собирался спец по «северным» боевикам Ренни Харлин, а на спецэффекты подрядили студию WETA. Но в конце концов фильм остался лишь с 50 миллионами и малоизвестным постановщиком Маккейном. А в 2007-м появился «Следопыт», еще один боевик про викингов, который с треском провалился в прокате и похоронил так и не успевший поднять голову тренд. В итоге «Викинги», законченные еще в 2007-м, доползли до проката только в 2009-м и собрали еще меньше «Следопыта» совершенно незаслуженно.

Картинка четкая и по меркам DVD детальная, разве что только немного высветленная, из-за чего не всегда кажется достаточно глубокой. Звуковые дорожки активны не только во фронтах, и это очень приятно – в экшен-сценах во всех колонках происходит что-то интересное. Другое дело, что относится это только к русскому треку – английский сильно зажат и вообще не в пример более плоский. Меню анимированное и озвученное, дополнений вроде бы много, но все ролики о спецэффектах просто набор графики разной степени готовности.

Обычный школьник по имени Дэйв (Джонсон) одержим идеей как-то выделиться. Чтобы проявить себя, он надевает гидрокостюм с маской, вооружается палками и отправляется на улицы бороться с преступностью. Но в первой же стычке с бандитами получает ножом в живот, а до кучи его еще и сбивает машина. Врачи все-таки поставили Дэйва на ноги, однако восстановить нервные окончания полностью им не удалось, так что теперь парень практически не чувствуетболи – согласитесь, для потенциального супергероя это отличное качество!

Героические комиксы о супергероях – вещь условная и зыбкая. Несмотря на свой пафос, они уже изначально балансируют на грани самопародии: прицепите на костюм Бэтмена соски, как это сделал Джоэл Шумахер в «Бэтмене и Робине», и получится нелегкий китч, а самый настоящий трэш-угар. «Пипец», придуманный Марком Милларом и перенесенный на пленку Мэттью Боном, казалось бы, делает ряд опаснейших шагов в эту сторону, но в итоге ни разу не заступает за черту, и более того, в своем жанре оказывается одним из самых взрослых и умных фильмов. И это даже несмотря на дурацкие костюмы, рискованный юмор и гипертрофированную жестокость. В картине, можно сказать, совсем нет пафосных речей о долге, чести и своем месте в жизни, однако поступки героев говорят сами за себя – в этом плане «Пипец» напоминает классические вестерны,персонажи которых зачастую легко обходятся вовсе без слов. На деконструкцию жанра, как о нем написал кое-кто из критиков, «Пипец», честно говоря, не тянет – по сути своей это все-таки вполне традиционный фильм-комикс, пусть и рассказанный с точки зрения нетрадиционного героя и нетрадиционным языком. Тем не менее этого слегка сдвинутого фокуса (плюс гениального саундтрека) оказывается вполне достаточно, для того чтобы обеспечить киноманам почти два часа чистого удовольствия. Конечно,если вы способны оценить то густо-черный, то типично «гиковский» юмор, которым тут пропитан каждый кадр, и если вас не расстраивают дешевые компьютерные спецэффекты типа брызг крови и огня – последний в паре сцен прорисован просто отвратительно.

Через два года после «Семьи Прицци….., в 1987 – м, вы снова работали с отцом в фильме «Умершие» по рассказу Джеймса Джойса. Этот фильм стал для него последним. Наверное, для вас это стало очень пронзительным переживанием.
Вы правы. Это была такая прекрасная экранизация. Когда папа решил снимать «Умерших», он уже очень тяжело болел. У него была хроническая эмфизема, и к тому же он только что перенес серьезную операцию на глазах. Я навестила его на следующее утро, на прикроватном столике лежал сценарий. Он спросил: «Почитаешь мне?» «Ну конечно»,ответила я, села рядом и прочла ему «Умерших» от корки до корки, не зная, что отец и мой брат Тони уже работали над этим фильмом. Сценарий был совершенно прекрасный. Отец слушал и почти ничего не говорил. Когда его выписали из больницы, он послал директора по кастингу, чтобы тот сделал пробы этих замечательных актеров – Донала МакКэнна, Донала Доннелли, Мари Кин, Кейт ОТул… Кажется, Гретту хотела сыграть Фионнула Флэнаган. И, наверное, она куда лучше подходила для этой роли, но я знала, что папа очень хотел, чтобы Гретту сыграла я.

Как вы думаете, ваш отец знал, что это будет его последний фильм, и поэтому так тщательно подбирал материал?

Мне кажется, он это подозревал. Но в то же время собирался снимать «Мистера Норта» с моим братом Дэнни. Он даже планировал сыграть старика в этом фильме. Я думаю, он хотел поставить всех своих детей на ноги, прежде чем уйти. Он дал мне «Честь семьи Прицци» и «Умерших», он работал с Тони над сценарием «Умерших» и помогал карьере Дэнни с «Мистером Нортом». Мне кажется, таков был его замысел – он хотел удостовериться, что у нас все хорошо.

А не трудно было находиться рядом, когда снимались его сцены с Джессикой Лэнг,в частности, сцена секса на кухонном столе?
Когда ее снимали, меня там не было. Это сильная сцена, но меня она никогда не беспокоила – в ней нет ничего сексуального. Там все слишком грубо и сумбурно, чтобы быть эротичным. Несколько лет спустя вы работали со своим отцом и Джеком Николсоном в фильме «Честь семьи Прицци». Это была отличная роль – Мэйроуз Прицци, коварная принцесса мафии. Но досталась она вам не просто так. К тому времени мои актерские амбиции были определены более четко. Я работала с Джоном Форменом, который был продюсером у отца в «Человеке, который хотел быть королем». Джон почему – то очень верил в меня и во время съемок «Ледяных пиратов» дал мне один сценарий, «Честь семьи Прицци» Ричарда Кондона, попросил прочесть его и сказать, что я думаю о роли Мэйроуз. Я прочла сценарий в ту же ночь и, конечно, была в полном восторге. Он спрашивает: «Значит, Мэйроуз тебе понравилась?» Я отвечаю: «Да, очень понравилась». А он мне: «Отлично! Тогда Джек сыграет Чарли Партанну, а твой папа займется постановкой, как думаешь?» «Вот черт»,думаю. Но на этот раз с отцом работалось по-другому? Абсолютно! Прежде всего, это была роль как раз по мне. В ней был оттенок зловредности, которую мне всегда нравилось играть, и в ней был юмор. Да и я сама к тому времени сильно изменилась. Мы были раскованы, работали в свое удовольствие, нам обоим очень нравился Джек – он привносил в процесс съемок море юмора. Стояло прекрасное бруклинское лето, и комедию снимать всегда приятно.

Вы с Джеком провели вместе большую часть 70 – х и начало 80 – х. В тот период ваша карьера только набирала обороты, а он уже был звездой первой величины. Как вы с этим справлялись?
Иногда это было чудесно, иногда не очень. Джек был прекрасным компаньоном: проницательный, очень умный, очень забавный. Он любит людей, любит общение, он очень контактный. Но вместе с тем он весьма закрытый человек, и зачастую с ним нелегко.

Анжелика, ваши долгие отношения то прекращались, то возобновлялись, и вы так и не поженились. У вас не было ощущения, что вы живете в его тени?
Ну да, именно такое ощущение и было. Но я росла со знаменитым отцом, в какой – то мере он тоже постоянно затмевал меня, только это меня никогда не беспокоило. Мне кажется, это больше влияет на сыновей, чем на дочерей. Когда девочка купается в лучах славы своего отца и получает немного своей собственной – это не так уж плохо. А жизнь Джека вращалась вокруг его собственной персоны, и именно поэтому я купила себе отдельный дом. Все, что происходило в доме Джека, было связано только с самим Джеком. В такой обстановке очень сложно реализовывать собственные амбиции. Мне нужно было свое жизненное пространство. Значит, дело было не в обидах.
Как сказать. Понимаете, звонили только ему, сценарии присылали только ему, все книги, все планы и предложения – все для него. В такой атмосфере конкурировать с ним было невозможно. Просто никаких шансов.

Хотелось, но к тому времени, когда я стала задумываться о будущем, она уже перестала танцевать. (Матерью Хьюстон была прима – балерина Энрика Сома. В 1969 году она трагически погибла в автокатастрофе. Ей было 39 лет, а самой Анджелике тогда было 18). Скорее, я хотела быть похожей на женщин из мира отца, а они в основном были киноактрисами. И кто именно из актрис был вашим кумиром? Я восхищалась Авой Гарднер. Отец познакомил меня с ней, когда в 1965 году ставил оперу в Милане. Помню, на ней была белая шубка, бирюза и бриллианты. Я тогда подумала, что никогда не видела женщины красивее,ну, кроме мамы, конечно! Вашей первой большой ролью была Клодия в фильме 1969 года «Прогулка с любовью и смертью». Этот фильм о средневековой Франции поставил ваш отец. Как вам с ним работалось?
Если честно, для нас обоих это была полная катастрофа. Я после этого даже на какое – то время ушла из кино.

В каком смысле катастрофа?
Ну, начать с того, что сниматься в этой роли я не хотела. Я часто и настойчиво доводила до отцовского сведения, что хочу стать актрисой. Но когда он предложил мне главную роль в этом фильме, я пришла в полное смятение. Я не хотела работать с отцом, я хотела работать самостоятельно.

В то время вам было 16 лет. Отношения с отцом у вас были такими же, как у всех подростков?

Да, самые что ни на есть типичные. Он был настроен очень критически, а я была очень раздражительна. В школе, где я училась, искали актрису на роль Джульетты в «Ромео и Джульетте» Франко Дзеффирелли, и я два раза специально ездила к нему по поводу этой роли. А потом отец написал Дзеффирелли письмо: «Нет, Джульетту играть она не будет». Я была жутко расстроена, я больше всего на свете хотела поскорее стать взрослой и работать самостоятельно. А у него на мой счет были совсем другие планы. В итоге я поехала в Вену сниматься в этом фильме вместе с Асси Дайаном. Дело продвигалось с большим трудом. Отец придирался к каждой мелочи, я нервничала и забывала свои реплики. Удивительно, что потом вы снова работали вместе. Это точно. Но мы хорошо справились.

Что бы кто ни говорил насчет «человек человеку волк», основа цивилизации – это сотрудничество. А древнейшие формы сотрудничества, известные людям, – совместная охота и совместная забота о детях. Поэтому злодейство миссис Мотт – это не просто необоснованная месть оскорбленной женщине. Это преступление против краеугольного камня человеческого общества. Что может быть хуже, чем обманом проникнуть в чужой дом, втереться в доверие к хозяйке и попытаться присвоить ее жизнь и ее детей? Это один из тех кошмаров, которые любого семьянина могут навсегда лишь сна. Причем если похитить любимого писателя, убить родителей или захватить власть в школе волшебства способны как мужчины, так и женщины, то преступление миссис Мотт – сугубо женское деяние. Поэтому только она достойна занять первое место в хит-параде злодеек. Несмотря на то, что «Рука, качающая колыбель» – отнюдь не такой известный фильм, как некоторые другие постановки в нашем рейтинге.